Your browser doesn't support JavaScript, so you can't post here.
Просто так... - Страница 8
Страница 8 из 39 Первая ... 4 5 6 7 8 9 10 11 12 18 ... Последняя
  1. #141
    Информация

    Член МАСОД
    Почитаем немного . Не смог ссылку вставить , не сердитесь .

    СодержаниеFine HTMLPrinted versiontxt(Word,КПК)Lib.ru htmlЛев Шейнин. Динары с дырками

    ---------------------------------------------------------------
    Воспроизведено с издания: Лев Шейнин. Записки следователя.
    Советский писатель, М., 1968 г.
    OCR: Борис Чимит-Доржиев, bch@writeme.com
    ---------------------------------------------------------------
    Рассказ
    Прежде чем рассказать об этом забавном деле, с которым я столкнулся в самом начале своей следственной работы, мне хочется вспомнить одного уличного грабителя, от которого я впервые услышал, какой неожиданный отклик иногда встречает в душе уголовника доверие. Этот грабитель, высокий, атлетического сложения человек, отличался чуть сонным, удивительно добродушным при его профессии лицом, с которого на мир взирали круглые, как бы раз и навсегда удивленные глаза. Он имел, однако, уже несколько судимостей и в преступной среде, как, впрочем, и в МУРе, был известен под кличкой "Тюлень".
    В этот день, после окончания очередного допроса, Тюлень попросил папиросу и, закурив, произнес:
    - За табачок и человеческий разговор спасибочко. По такому случаю и я в долгу оставаться не желаю, как аукнулось, так и откликнется... Так вот, позвольте рассказать вам про некое происшествие моей жизни, вполне, можно сказать, необыкновенное...
    - Пожалуйста, рассказывайте, - сказал я, с интересом глядя на почему-то смущенное лицо Тюленя.
    - Шарашу я, как вы знаете, давно, - продолжал Тюлень, смущаясь все больше, - однако на мокрые деда никогда не шел и не пойду. Работал я всегда по ночам: дожидаюсь себе в каком-нибудь глухом переулке прохожего, а еще лучше - дамочку, ну, подойду, поздороваюсь и шубку сниму, или часишки, или сумочку, или что там придется... Но все это я делаю очень интеллигентно, потому что сам человек культурный, люблю кино и не переношу хамства, каковое считаю отрыжкой старого мира... Сам я, пальцем никого не тронул, тем более что пальчики у меня, извольте поглядеть, такие, что в дело их лучше не пускать...
    И Тюлень, улыбаясь, протянул мне огромную лапищу. Потом, вздохнув, он продолжал:
    - Брехать не стану, совесть меня не мучила, жил я себе спокойно, как говорят, не простуживался, пока не накололся на одну особу женского пола...
    - Любовь? - спросил я, полагая, что сейчас услышу историю неудачной любви, какие нередко приходилось выслушивать от подследственных.
    - Да нет, совесть, - ответил Тюлень. - Случилось это ночью, в одном из переулков на Девичьем поле. Стоял я на стреме, дожидался своего карася.
    Мороз, вокруг ни души, темень. Вдруг слышу, хлопнула дверь в подъезде, и выбегает из него девушка, видать молоденькая, тоненькая, в меховой шубке.
    Подняла воротник, и, наверно, страшно ей стало от подобной пустынности и ночного мрака. Побежала, каблучками постукивает и все оборачивается - не гонится ли кто за ней... Ну, думаю, подвезло, сейчас я эту шубку национализирую. Отхожу от подворотни и прямо к ней. Она меня увидала и навстречу бежит, хватает, представьте, за руку и так жалобно лопочет: "Гражданин, ради бога, извините, но мне очень страшно, вокруг ни души, проводите до извозчика"... Лучше бы она меня ножом ударила!.. И сам не пойму, как это могло произойти, но только я ей руку крендельком подставил и бормочу: "Пожалуйста, не волнуйтесь, я вас провожу, не извольте опасаться".
    - "Ах, говорит, как я вам благодарна! Я сразу почувствовала, что вы порядочный человек". И пошли... У меня сердце стучит, в жар бросило, не пойму, что со мною делается, а приступать к делу не могу, - ну вот никак не могу... Черт знает что такое!.. В общем, проводил ее до Девички, самолично усадил в саночки, меховой полостью укутал и пожелал счастливого пути... Вот, гражданин следователь, что может с человеком сделать доверие...
    - Но после этого вы продолжали "шарашить" - спросил я.
    - Дня три на работу не выходил, потом опять начал. Однако, должен сказать, вроде как во мне что-то треснуло... Женщин вообще перестал грабить, и как-то все опостылело... Одним словом, потерял равновесие и пошатнулся в себе... Вот теперь получу срок и после лагеря "завяжу"... Хватит, больше не в силах!.. Потому после этого случая я вроде как контуженый...
    И в круглых глазах Тюленя появилась такая жгучая тоска, что я сразу поверил, что он действительно "завяжет"...

    В те годы я работал народным следователем Краснопресненского района города Москвы. В мой участок входила вся улица Горького - от Охотного ряда до Ленинградского шоссе, Красная Пресня и примыкающие к ней улицы и переулки. МУР (Московский уголовный розыск) тогда помещался в Большом Гнездниковском переулке и, значит, тоже входил в мой следственный участок. В связи с этим у меня завязались самые близкие, товарищеские отношения со многими работниками МУРа. Особенно я подружился с начальником первой бригады МУРа Николаем Филипповичем Осиповым и его заместителем Георгием Федоровичем Тыльнером. Осипову тогда было за тридцать лет, а Тыльнеру около того.
    Первая бригада МУРа занималась расследованием убийств, вооруженных грабежей и налетов и, таким образом, была сердцем угрозыска. Если учесть, что в те годы еще была довольно значительная профессиональная преступность, то станет понятным, что мои друзья были по горло загружены работой.
    Осипов и Тыльнер были очень талантливыми криминалистами, любили свою нелегкую профессию и отлично работали. Николай Филиппович - сухощавый, всегда подтянутый блондин с быстрым, внимательным взглядом чуть прищуренных умных серых глаз - хорошо разбирался в людях, отлично знал психологию и жаргон уголовников и страстно увлекался, помимо своей работы, мотоциклетным спортом.
    Мне, совсем молодому, начинающему следователю, дружба с этими людьми была не только приятна, но и полезна. Я многому у них учился и жадно слушал их живые, интересные рассказы о всякого рода запутанных уголовных делах, происшествиях и раскрытиях.
    Приходилось мне не раз присутствовать и при том, как Осипов или Тыльнер допрашивали уголовников, и в первое время я вообще не мог понять, о чем они говорят, так как в вопросах и ответах было столько "блатной музыки", то есть жаргонно-воровских словечек, профессиональных терминов, что создавалось впечатление, будто эти люди беседуют на каком-то неизвестном иностранном языке.
    Надо сказать, что преступный мир Москвы, конечно, хорошо знал как Осипова, так и Тыльнера. И если уголовники, как правило, работников угрозыска не любили, то к Осипову и Тыльнеру они относились с нескрываемым уважением и даже питали к ним, как это ни покажется странным, известные симпатии. Объяснялось это тем, что, по мнению уголовников, Осипов и Тыльнер "мерекали в деле", и тем, что были широко известны их справедливость и личная храбрость.
    Кроме того, Осипов, хорошо знавший этот своеобразный мир, никогда не позволял себе издеваться над подследственными, не топтал их человеческое достоинство и, неуклонно соблюдая требования закона и не делая никаких скидок, в то же время умел по-человечески разговаривать с арестованными, проявляя при этом большую чуткость.
    Тыльнер, очень воспитанный, красивый, неизменно корректный человек, славился совершенно феноменальной памятью и, как говорили в МУРе, "держал в голове" весь преступный мир Москвы, помня наизусть чуть ли не все фамилии, клички, приметы и судимости московских рецидивистов. Последние хорошо об этом знали и говорили, что "барону Тыльнеру лучше на глаза не попадаться: ему горбатого не слепишь и на липу не пройдешь." - то есть выдать себя за другого человека не удастся.

    В мой участок входил, в частности, Благовещенский переулок, примыкавший к улице Горького, и в переулке этом стоял, да стоит и поныне, красивый, облицованный кафельной плиткой дом, в котором жили главным образом ответственные работники. Жил в этом доме и народный комиссар С. И вот однажды, июльской ночью, воры забрались в квартиру С., находившегося на даче, и среди мелких домашних вещей "увели" большой кожаный мешок с коллекцией старинных и древних монет, собираемой С. в течение многих лет.
    Поднялся страшный шум. Во второй бригаде МУРа, занимавшейся расследованием квартирных краж, сразу сообразили, что найти вора будет трудно и дело это, кроме неприятностей, не сулит ничего. Начальник второй бригады Степанов, высокий, крайне обходительный и весьма респектабельный мужчина, большой дипломат, узнав об этом деле, до такой степени расстроился, что выкурил вне установленного расписания лишнюю папиросу. Степанов все в жизни делал по раз и навсегда установленному расписанию, никогда не торопился и считал, что поспешность губительна для здоровья, которым он очень дорожил. В связи с этим он был известен в среде уголовников под кличкой "Вася Тихоход". Он долго разглядывал свои доблеска наполированные ногти и потом тихо сказал своему помощнику Кротову:
    - Миша, не кажется ли вам, что это не простая, а квалифицированная кража? А?
    Хитроумный Кротов удивленно вскинул глаза на своего начальника, но потом, молниеносно оценив этот ход (дела о простых кражах, в силу статьи 108 УПК, должны были заканчивать органы угрозыска, а дела о кражах квалифицированных подлежали передаче народным следователям), немедленно начал клясться и божиться, что за всю свою жизнь он не встречал кражи более квалифицированной.
    Но дело в том, что по точному смыслу закона квалифицированной считалась кража со взломом или применением технических средств, чего в данном случае и не было, так как вор или воры забрались в квартиру через форточку и, таким образом, несомненно принадлежали к той категории квартирных воров, которые соответственно именовались "форточниками". Поэтому Степанов, иронически поглядев на продолжавшего божиться Кротова, пламенно стремившегося избавиться от этого хлопотливого дела, процедил:
    - Миша, в статье сто шестьдесят второй уголовного кодекса в числе признаков, определяющих квалифицированную кражу, почему-то нет ссылки на заверения Кротова. Кража-то, голубчик, форточная... а?
    Кротов запнулся, Опустил очи долу, но окончательно не сдался.
    - Да, но ведь форточку открыли с применением технических средств, - выразительно произнес он, глядя в лицо своему начальнику необычайно ясными
    глазами.
    - Разве? Что-то я не помню, - ответил Степанов. - Если вы, голубчик, докажете, что пальцы - это технические средства, то тогда, конечно...
    - Василий Яковлевич, при чем тут пальцы? - горячо выпалил Кротов. - Все данные дела говорят за то, что форточку открыли с применением стамески, а шпингалет сломали... Налицо и технические средства и элемент взлома...
    - Да? Жаль, жаль... Конечно, грустно расставаться с таким любопытным делом, но закон есть закон, Миша... - И Степанов вновь нарушил расписание и закурил папиросу, на этот раз уже от удовольствия. - Да, голубчик, ничего не поделаешь... Направьте дело, согласно сто восьмой статье, народному следователю... Подготовьте постановление.
    И на следующий день ко мне поступило дело с весьма витиеватым постановлением, в котором Кротов с большим темпераментом и чувством живописал и "применение технических средств в виде специальной стамески, что можно заключить из протокола осмотра форточки", и "типичные следы взлома, выраженные в изломе форточного шпингалета, приобщенного к делу в качестве вещественного доказательства".
    Через час после поступления дела ко мне позвонил Степанов и самым любезным образом трогательно справился о моем здоровье, самочувствии и делах, затем долго расхваливал погоду и Татьяну Бах в "Сильве", очень советуя мне ее посмотреть, уже в конце долгого разговора он небрежно бросил:
    - Да, там мы вам, Лев Романыч, одно дельце направили, так уж вы не посетуйте. Ничего не попишешь - закон. Но вы, конечно, можете не сомневаться, будем помогать... Всемерно будем помогать... Не откажите, дорогой, дать справочку, что вы это дело приняли к своему производству, мне для отчета нужна. А за справочкой заедет Кротов.
    Положив после этого разговора трубку, телефона, я еще, увы, не понял, какая беда свалена на мою доверчивую голову лукавым Тихоходом, и выдал справку подозрительно быстро приехавшему Кротову.
    Понял я это на следующее утро, когда мне позвонил губернский прокурор Сергей Николаевич Шевердин, добрейший и умнейший старик, в прошлом тоже, как и Дегтярев, политкаторжанин, и сказал, чтобы я немедленно к нему приехал с делом о краже в Благовещенском переулке.
    Я перед выездом тщательно ознакомился с делом и тогда увидел, как притянуты за волосы "квалифицированные признаки", но уже был связан по рукам вынесенным мною постановлением о принятии дела к производству и справкой, унесенной Кротовым, как волк уносит ягненка.
    Выслушав мой доклад и ознакомившись с делом, состоявшим в основном из документов, иллюстрирующих, как МУР спихнул его мне, Сергей Николаевич, улыбнувшись, сказал:
    - Так, так, очень любопытно... Степанов, не будь дурак, спихнул дело вам, а вы, розоволицый сын мой, поспешили принять это дело к производству... Вы находитесь в том счастливом, хотя и опасном возрасте, когда уже научились, что делать, но еще не научились, чего не надо делать... А вот Степанов уже обучен не столько первому, сколько второму... Так как же теперь нам быть? Форточная кража почти безнадежное для раскрытия дело... А С. уже рвет и мечет, рычит, аки лев, и требует нас с докладом... Поедем, сын мой, предвижу уйму неприятностей, ибо ведом мне характер потерпевшего...
    Когда мы вошли в кабинет С. и Шевердин представил меня ему как следователя, занимающегося делом о краже, С. - маленький, располневший, седеющий брюнет, находившийся в очень раздраженном состоянии, - проворчал:
    - Ах, это и есть следователь?.. Ну, тогда мне понятно, почему жулики безнаказанно обворовывают квартиры наркомов... Товарищ Шевердин, у вас детский сад или прокуратура?
    Шевердин очень вежливо, но с достоинством возразил, что хотя я и молодой, но подающий надежды следователь, работаю хорошо, а что касается до обращенного к нему вопроса, так ведь он не спрашивает товарища наркома, какого возраста его инспектора.
    С. еще больше рассердился и стал кричать, что он будет жаловаться правительству, если в три дня не будет раскрыта эта кража, что ему наплевать на домашние вещи, но он нумизмат, всю жизнь собирал коллекцию древних монет, что это удивительная коллекция, в которой имелись даже динары с дырками времен Александра Македонского, что это не шутка и он не понимает спокойствия губернского прокурора, не верит в следователей, у которых молоко на губах не обсохло, и вообще более трех суток, считая с этой минуты, ждать не намерен...
    Шевердин, тоже не на шутку разозлясь, но, видимо, не считая возможным продолжать этот разговор при молодом следователе, попросил меня подождать в приемной, а через полчаса, багровый от ярости, вышел из кабинета С. и увез меня к себе.
    По дороге, а потом в кабинете старик все время ворчал на С. за "барские замашки" и "не нашу фанаберию". И действительно: через несколько лет С., как не оправдавший доверия, был снят с поста наркома.
    Я, запинаясь от волнения и мысленно проклиная хитроумного Степанова и собственную неосмотрительность, ответил Шевердину, что, как он правильно
    заметил, дела о квартирных кражах наиболее трудные и процент их раскрываемости весьма низок, что я как следователь не располагаю никакими оперативными и агентурными возможностями, а раскрыть такое преступление чисто следственным путем не берусь...
    Было решено, что я направлюсь в МУР и договорюсь со Степановым, что они мобилизуют все свои возможности для того, чтобы помочь в раскрытии этой
    проклятой кражи.
    Увы, Степанов, когда я обратился к нему, прямо мне сказал, что относится к этому делу пессимистически.
    - Поймите, дорогой Лев Романович, - сказал он, - кража-то форточная, и вор, забираясь в эту квартиру, даже не знал, кого обворовывает. Толковый
    профессиональный вор вообще не полез бы в такой дом, это надо понять!..
    Следовательно, в данном случае действовал какой-то штымп, новичок, одним словом - не рецидивист... Черта с два его найдешь!.. Мы уже с Кротовым и так
    наводили справки, прежде чем это дельце вам сплавить, хороший мой...
    И Степанов с милой непосредственностью улыбнулся.
    В самом скверном настроении я пошел к своим друзьям из первой бригады.
    Подробно меня расспросив, Осипов только покачал головой и стал ругать на все корки "этого проклятого Тихохода, который всегда умеет за чужой счет вылезти
    сухим из воды".
    Ребята из первой бригады не любили Степанова и его "дипломатических методов". Осипов очень хорошо понимал, в какое тяжелое положение я
    поставлен, и искренне хотел мне помочь, но, как опытный работник, видел, что дело почти безнадежное. Он подтвердил слова Степанова, что "настоящий,
    деловой вор" ни в коем случае не полез бы в квартиру наркома.
    - Прямо не знаю, как тебе помочь, друг, - говорил Осипов. - Судя по всему, этот нумизмат от тебя не отстанет. Ничего нет хуже, чем иметь дело с коллекционерами, - это почти всегда маньяки... А тут еще какие-то динары с дырками. Будь они еще без дырок - полбеды, но с дырками - полная хана...
    В этот момент к Осипову подошла секретарша и протянула ему шифровку из Одессы. Осипов прочел телеграмму, о чем-то задумался и потом с внезапно
    просветлевшим лицом человека, неожиданно обретшего надежду найти выход из казавшегося ранее безнадежным положения, протянул мне телеграмму.
    - Прочти, старик, - сказал он, - это имеет отношений к интересующему нас вопросу. Ты родился в сорочке...
    Я схватил телеграмму, дважды ее прочел, но так и понял, почему она свидетельствует, что я родился в сорочке. В телеграмме было дословно
    написано:
    "Начальнику МУРа Емельянову. В порядке оперативной информации сообщаю, что сегодня выехал скорым в Москву в международном вагоне известный
    медвежатник "адмирал Нельсон". Не исключаю возможности серьезных гастролей.
    "Адмирал Нельсон" год назад освобожден досрочно от наказания согласно амнистии. Оснований к его задержанию не имеем. "Адмирал Нельсон" проходил до
    революции по фамилиям Ястржембский, он же Романеску, он же Шульц.
    Начальник Одесского губрозыска Николаев".
    - Коля, какое это имеет отношение к динарам с дырками? - робко спросил я Осипова.
    - Имеет, - весело ответил он. - Имеет, друже, и вот почему. Я хорошо знаю "адмирала Нельсона". Это крупнейший специалист по вскрытию стальных
    сейфов, работал еще в царское время, медвежатник с европейским именем, - одним словом, последний из Могикан. Он - король в уголовном мире, и его
    слово - закон. В общем... он нам поможет... Завтра утром приходи ко мне, поедем его встречать...
    - На следующее утро мы встречали на Киевском вокзале одесский скорый.
    Когда поезд подошел, мы остановились у международного вагона и стали поджидать "адмирала Нельсона". Он появился в соломенном канотье, с
    роскошным, перекинутым через руку коверкотовым плащом и солидной палкой в руке с большим слоновой кости набалдашником в виде львиной головы. "Адмирал" был уже немолод, сухощав, рыжеват, с единственным веселым, уверенным глазом, второй был закрыт черной шелковой повязкой. Его можно было принять и за преуспевающего негоцианта, и за старого морского волка, и за иностранного концессионера, и за международного злодея из фильмов выпуска киностудии "Русь".
    - Здорово, "адмирал"! - подошел к нему Осипов. - С благополучным прибытием в столицу.
    - Николай Филиппович, какими судьбами! - весело воскликнул "адмирал" и стал трясти Осипову руку с таким видом, как будто накануне он провел
    бессонную ночь в ожидании этой встречи. - Давненько мы с вами не видались. Я вижу, что наши фраеры из губрозыска уже накапали вам о моем приезде. Больше им нечего делать, как беспокоить занятого человека, ай-ай-ай... Я же приехал голый, как ребенок, - без багажа, без инструмента, так что они подымают шум, что, я вас спрашиваю?.. Я приехал встряхнуться, осмотреться, прийти в себя после кичмана, так эти дураки вас беспокоят. С другой стороны, спасибо им и
    за это, я вас все-таки повидал...
    - "Адмирал", есть серьезное дело, - перебил его Осипов. - Пойдем посидим а ресторане.
    - Если пристав говорит садитесь, как-то неудобно стоять, - так утверждали когда-то в Одессе, - улыбнулся "адмирал". - Пойдемте хлопнем по кружке пива и поговорим о жизни... А кто этот милый молодой человек? - указал он на меня.
    - Это мой большой друг, - ответил Осипов. - У нас общее дело...
    В ресторане, выслушав от Осипова историю динаров с дырками, "адмирал" забушевал от негодования.
    - Что у вас тут делается в столице? - кричал он с пеной на губах. - Почему распустились московские ворюги, я вас спрашиваю?! Надо иметь нахальство забраться в квартиру наркома! Что, им мало нэпманов, частных контор, иностранных концессий, - так нет, они лезут прямо на советскую власть!.. Это же контрреволюция, я утверждаю это как советский человек!..
    Николай Филиппович, вы знаете мое куррикулум витэ, или как это там говорят, я не очень силен в латыни, вы знаете все, и я спрашиваю: после Великой
    Октябрьской революции взял ли "адмирал Нельсон" на абордаж хоть один государственный или даже кооперативный сейф? Да или нет?
    - Ни одного, "адмирал", - согласился Осипов. - Это факт.
    - Факт? Это не факт, а вопрос мировоззрения и мое профессией де фуа, как говорят французы. Вы слышите, молодой человек, вам это полезно знать, вы
    только начинаете жизнь. Мировоззрения!.. С моими руками, о которых в тысяча девятьсот тринадцатом году берлинский полицей-президент говорил на всемирном конгрессе криминалистов в Вене как о явлении выдающемся, вы слышите - он так и сказал: "Майн либе герр, даст ист вундерлихт унд артистик", - с моими руками взял ли я хоть одну сберкассу или хотя бы уездную контору Госбанка?
    Боже меня упаси!.. Я сказал себе так: "Семен, лучше отруби себе руки, чем взять хоть одну народную копейку!" Вот почему я возмущен до глубины души!
    - О чем же мы договоримся, "адмирал"? - прервал Осипов этот поток возмущения.
    "Адмирал Нельсон" очень выразительно посмотрел Осипова, потом тихо сказал:
    - Вам известны мои принципы, Николай Филиппович? Короче - монеты будут, человека не будет... Ясно?
    - Вполне, - ответил Осипов, вставая из-за стола и давая этим понять, что высокие договаривающиеся стороны пришли к соглашению.
    Простившись с "адмиралом", записавшим на прощанье телефон Осипова и заверившим, что он немедленно кое с кем встретится, чтобы "сделать демарш и
    предъявить ультиматум", мы сели в машину и поехали в МУР.
    - И ты веришь, что этот одесский жулик что-нибудь сделает? - уныло спросил я Николая Филипповича.
    - Если только эти монеты украл человек, а не привидение, - спокойно ответил он, - то в течение максимум двух суток они будут у нас. Старик, ты
    не знаешь этого человека. Уже самый его приезд в Москву - событие для уголовников, а он рассердился не на шутку. Я себе представляю, какой шухер
    он поднимет на малинах!.. "Адмирал Нельсон" никогда не был и никогда не станет осведомителем угрозыска - это я ручаюсь, - но если к нему обратились
    как к человеку - он лучше умрет, чем не сделает того, что обещал...
    - Мне он показался хвастливым болтуном, - произнес я. - Эта легенда насчет восторгов берлинского полицей-президента...
    - Легенда? - сердито переспросил Осипов. - Ну так едем ко мне, я тебе
    покажу, что это за легенда... У этого человека действительно золотые руки...
    Через полчаса я уже перелистывал пожелтевшие страницы формуляра Московской сыскной полиции, на обложке которого было написано: "Ястржембский Казимир Станиславович, он же Романеску Жан, он же Шульц Вильгельм, - опаснейший медвежатник международного класса, гастролирует в империи и за границей, проходит по донесениям С.-Петербургской, Одесской, Московской, Ростовской-на-Дону и Нахичеванской, а также Царства Польского сыскных полиций".
    Формуляр содержал многочисленные донесения, запросы и рапорты всех этих сыскных полиций, излагавших похождения неуловимого "адмирала Нельсона".
    Из них особенно подробным был "меморандум" директора департамента полиции министерства внутренних дел Белецкого, адресованный "его высокопревосходительству господину министру внутренних дел Н. А. Маклакову", датированный 12 марта 1913 года и, согласно резолюции министра, в копиях разосланный начальникам сыскных отделений полиции ряда крупнейших городов Российской империи "для сведения и руководства". Вот что было в нем написано:
    "Согласно приказанию вашего высокопревосходительства, сим докладываю о злоумышленной деятельности известного специалиста по взламыванию и
    расплавлению стальных сейфов одесского мещанина, проходившего под фамилией Ястржембский, Романеску, Шульц и неоднократно судившегося за совершенные им уголовно-наказуемые деяния указанного выше характера. В текущем, как и в минувшем годах, по данным департамента полиции, ограбления и взломы банковских сейфов имели место в разных городах империи, но особого внимания заслуживают случаи в Нижнем Новгороде и Самаре.
    В Нижнем Новгороде 12 августа минувшего года ночью неизвестный злоумышленник проник в помещение местного отделения Волжско-Камского банка,
    где и вскрыл два сейфа особой конструкции, выписанные вышеназванным банком из Лейпцига у известной фирмы по изготовлению банковских сейфов "Отто Гриль и К°".
    Как установлено полицейским дознанием, произведенным по этому делу чинами нижегородской полиции при участии чиновника для особых поручений при
    нижегородском губернаторе, злоумышленник находился в помещении банка не более тридцати минут, на которые самовольно отлучился с поста ночной сторож
    мещанин Иван Прохоров Козолуп, каковой, ввиду давности его безупречной дотоле службы в банке, а также ввиду весьма лестных о нем отзывов местной
    полиции, нижегородского отделения Союза русского народа и благочинного отца Варсонофия, от всяких подозрений освобожден.
    По показаниям Козолупа, он в начале второго часа ночи, видя, что городское движение затихло, прохожих нет и даже в ресторане гостиницы
    "Россия" погасли огни, решил на время отлучиться со своего поста, дабы напиться дома чаю, как он это нередко делал в ночное время, чтобы отогнать
    сон. Поскольку квартира Козолупа находилась неподалеку, он запер двери подъезда и пошел к себе, причем по дороге встретил неизвестного ему молодого
    человека в котелке, которому по его просьбе дал прикурить.
    Когда по прошествии тридцати минут Козолуп вернулся на пост, то обнаружил подъезд уже открытым, а также открытыми стальные двери, ведущие в
    подвал, где хранятся банковские сейфы. Козолуп немедленно вызвал полицию, а также стал разыскивать директора банка, гласного городской думы, почетного
    гражданина Валентина Павловича Голощекина, какового лишь в начале пятого часа утра с трудом, да и то при содействии местного пристава, обнаружили в
    Канавском участке, в публичном доме, содержательницей коего является купчиха 2-й гильдии Скороходова.
    Как в дальнейшем выяснилось, злоумышленник с необыкновенной ловкостью и отменным знанием дела открыл два сейфа, несмотря на то что они снабжены
    секретными и вполне оригинальной конструкцией замками. Похитив из упомянутых сейфов около ста тысяч рублей государственными ассигнациями, злоумышленник скрылся в неизвестном направлении.
    Поскольку лейпцигская фирма "Отто Гриль и К°" выдала дирекции Волжско-Камского банка фирменную гарантию, что ее сейфы, ввиду особой секретности замков, посторонними вскрыты быть не могут, г-н Голощекин немедля уведомил о случившемся по телеграфу главу фирмы, немецкого купца Гриля, каковой в тот же день ответил телеграфно, что командирует в Нижний Новгород старшего инженера фирмы Ганса Шмельца и расходы по его выезду фирма
    принимает на себя. Через несколько дней названный Шмельц действительно прибыл в Нижний Новгород, детально, в присутствии директора банка и чинов
    полиции, осмотрел оба сейфа и публично заявил, что даже он сам, автор этой конструкции и специалист по сейфам, не сумел бы вскрыть эти сейфы в течение
    тридцати минут, а затратил бы на это не менее пяти часов, да и то при наличии специальных инструментов.
    Затем, в частной беседе с нижегородским полицмейстером, инженер Шмельц заявил, что в случае если злоумышленник будет обнаружен полицией и понесет
    заслуженное наказание, то по отбытии им такового фирма "Отто Гриль и К°" охотно предложила бы указанному злоумышленнику работу на своих предприятиях
    на самых выгодных условиях. Что это предложение фирмы было серьезным, явствует из того факта, что инженер Шмельц даже позволил себе предложить
    полицмейстеру весьма ценный подарок за то, что тот примет на себя роль посредника в переговорах со злоумышленником, от какового подарка
    полицмейстер, разумеется, отказался, что, по крайней мере, следует из его рапорта нижегородскому губернатору. Между тем в результате принятых местной полицией мер удалось установить, что 13 августа на пароход "Великая княжна Татьяна" волжского пароходного общества "Кавказ и Меркурий", отправлявшийся вниз по Волге, вступил в качестве пассажира первого класса неизвестный молодой человек в котелке, отменно одетый, рыжеватый, каковой в тот же вечер в салоне первого класса принял участие в азартной картежной игре в обществе других пассажиров. Как потом выяснилось, среди играющих был известный пароходный шулер Зигмунд Пшедецкий, возвращавшийся с нижегородской ярмарки, где он выдавал себя за польского графа Ланкевича и также крупно играл в ряде игорных домов. На пароходе, заметив ряд русских и персидских купцов, возвращавшихся с ярмарки, Пшедецкий снова затеял крупную игру, в которой
    принял участие и упомянутый выше молодой человек в котелке.
    По свидетельству лакея пароходной кухни татарина Мурзаева, обслуживавшего игроков подачей как прохладительных, так и горячительных напитков, игра шла очень крупно, на десятки тысяч, и Пшедецкий обыграл самарского купца первой гильдии известного мукомола Прохорова, а также персидских купцов Гуссейна Хаджара и Сулеймана Айрома и, кроме того, хвалынского уездного предводителя дворянства графа Кушелева и в общей сложности выиграл не менее ста тысяч рублей. Что же до молодого человека в котелке, то и он, по свидетельству Мурзаева, сильно проигрался и, расплачиваясь, вынимал из большого кожаного портфеля, с которым не расставался, деньги, причем Мурзаев заметил, что портфель набит до отказа ассигнациями.
    По окончании игры, когда пассажиры разошлись по каютам, Мурзаев, убиравший салон, услыхал какой-то шум в третьей каюте и, подойдя к ее дверям, подсмотрел в замочную скважину Пшедецкого-Ланкевича и молодого человека в котелке, причем последний основательно тряс Пшедецкого за ворот и
    кричал: "Отдай, жулик, полвыигрыша, а то я из тебя душу выну!" - на что Пшедецкий кричал, что согласен вернуть молодому человеку лишь его проигрыш..
    В конце концов между ними началась драка, и молодой человек в котелке начал бить Пшедецкого спасательным кругом по голове, после чего Пшедецкий отдал
    молодому человеку половину всего выигрыша и тут же, захватив свой маленький саквояж, высадился на первой же глухой пристани, несмотря на позднюю ночь.
    Рыжий кричал ему вслед с палубы: "Теперь будешь знать, фраер, Одессу-маму! Пижон ты, а не шулер!" - и вообще очень веселился.
    По прошествии нескольких, дней и на следующий день после прибытия вышеупомянутого парохода "Великая княжна Татьяна" в Самару, где молодой человек в котелке высадился, там же, ночью, было произведено неизвестным злоумышленником дерзкое ограбление самарского купеческого банка, где также были вскрыты два сейфа и похищены сто пятьдесят шесть тысяч рублей. При этом, как и в Нижнем Новгороде, злоумышленник произвел вскрытие сейфов в
    удивительно короткий срок.
    По началу полицейского дозрения по этому делу было установлено, что в вечер прибытия парохода "Великая княжна Татьяна" в Самару в гостиницу
    "Волга" явился рыжеватый молодой человек в котелке и, предъявив паспорт на
    имя Казимира Ястржембского, занял номер. На следующие сутки около трех часов
    ночи он вернулся из города в гостиницу с саквояжем в руке и дал коридорной
    Аграфене Гориной, открывшей ему дверь, пять рублей на чай. При этом, как
    показала на дознании Горина, он был вполне трезв, но явно утомлен.
    Именно эти данные и пролили известный свет на это дело, поелику по
    данным харьковской сыскной полиции известный медвежатник Шульц-Романеску
    проходил у них под фамилией Ястржембского.
    Однако по получении и проверке этих данных Шульц-Ястржембский скрылся
    из Самары в неизвестном направлении.
    И лишь через восемь месяцев следы Шульца-Ястржембского всплыли в
    Берлине, откуда поступило сообщение берлинского полицей-президиума о
    нижеследующем, обратившем на себя внимание немецкой полиции происшествии.
    В феврале текущего 1913 года в Берлине была открыта техническая
    выставка, на которой как германские, так и другие европейские фирмы
    демонстрировали свои товары. В павильоне "Банковское и торговое
    оборудование" ряд фирм демонстрировал новые стальные сейфы с секретными
    замками. В частности, демонстрировались и сейфы фирмы "Отто Гриль и К°". В
    целях рекламы как эта фирма, так и германская электротехническая фирма
    "Симменс-Шуккерт", демонстрировавшая сейфы с секретной электрической
    сигнализацией, объявили большой денежный приз тому из посетителей, который
    сумеет в первом случае вообще открыть сейф, а во втором - открыть его без
    того, чтобы автоматически включилась электрическая сирена.
    7 февраля в присутствии многочисленной публики некий рыжеватый молодой
    человек в котелке подошел к администратору павильона и заявил, что сейчас он
    попытается открыть как сейф лейпцигской фирмы "Отто Гриль и К°", так и сейф
    "Симменс-Шуккерт". Его предложение было принято, и он, к вящему удивлению
    представителей фирм и восторгу многочисленной публики, в течение двадцати
    двух минут открыл оба сейфа, причем во втором случае сумел предварительно
    отключить секретную сигнализацию.
    Ему тут же были выданы денежные призы, и он на плохом немецком языке
    пригласил всех присутствующих в пивную "Вагнер", где и угощал их за свой
    счет, а сам, довольно сильно выпив, танцевал чечетку и провозглашал тосты за
    город Одессу, именуя ее "Одесса ди мутер".
    Между тем инженер фирмы "Отто Гриль и К°" Ганс Шмельц, упомянутый выше,
    позвонил в берлинскую полицию и сообщил, что способ, которым неизвестный
    открыл сейф, очень напоминает ему происшествие, случившееся в нижегородском
    отделении Волжско-Камского банка.
    Тогда представители берлинского полицей-президиума спешно явились в
    пивную "Вагнер" и потребовали у неизвестного молодого человека предъявления
    документов. Он показал им русский паспорт на фамилию Ястржембского с визой
    на выезд за границу, данной конотопским уездным исправником. Чины берлинской
    полиции тем не менее предложили ему следовать за собой на предмет
    дальнейшего выяснения его личности, но Ястржембский от этого категорически
    отказался и стал просить защиты у публики, уже основательно подвыпившей за
    его счет. Публика единодушно встала на его защиту и оттеснила чинов полиции,
    а сам Ястржембский скрылся.
    Докладывая о вышеизложенном вашему высокопревосходительству, со своей
    стороны полагал бы необходимым войти в сношение с господином министром
    иностранных дел, его высокопревосходительством г-ном Сазоновым, на предмет
    обращения в установленном порядке к германской полиции с просьбой об
    обнаружении, задержании и выдаче названного Ястржембского-Шульца, как
    серьезного уголовного преступника.
    Директор департамента полиции министерства внутренних дел,
    действительный статский советник
    С. П. Белецкий".

    Из дальнейшей переписки, которая содержалась в этом архивном деле,
    можно было понять, что в течение почти года царское министерство внутренних
    дел через министерство иностранных дел связывалось с германской полицией,
    которая разыскивала или делала вид, что разыскивает "адмирала Нельсона", а
    потом разразилась война, и эта трогательная переписка прекратилась.
    Был уже вечер, когда я, закончив ознакомление с этими пожелтевшими
    документами и списав на память наиболее интересные из них, пошел с Осиновым
    в кинотеатр "Арс", где теперь находится драматический театр имени
    Станиславского.
    Взяв билеты, мы решили погулять, так как до начала сеанса еще
    оставалось около часа.
    - Скажи, Николай, чем может кончить этот "адмирал Нельсон"? - спросил я
    Осипова.
    - Я сам часто думаю о нем и таких, как он, - ответил Осипов. - Как тебе
    сказать, дружище, это очень сложный и трудный вопрос. Мы получили в наследие
    от прошлого довольно большой уголовный мир с его навыками, традициями,
    различиями, если хочешь знать, "школами", и специальностями. Сейчас, в годы
    нэпа, уголовщина опять получила какую-то питательную среду. Рестораны, бега,
    частные магазины, торговля, кабаре, сами нэпманы, наконец, - все это,
    конечно, в какой-то степени порождает и уголовщину. Есть еще немало старых
    "специалистов" - грабителей, воров, содержателей всевозможных притонов и т.
    п. Думаю, что большинство из них будет нами рано или поздно поймано и
    отправлено по назначению. Какая-то часть, вероятно, "перекуется" и начнет
    трудовую жизнь. Куда пойдет "адмирал", трудно сказать... Но то, что он
    никогда не берет из государственных и кооперативных сейфов денег, - факт...
    Это все-таки нюанс... А в общем: поживем - увидим...

    Утро следующего дня началось с телефонного звонка секретарши С.,
    передававшей, что тот продолжает волноваться и велел напомнить, что осталось
    два дня. Нельзя сказать, чтоб это сообщение привело меня в хорошее
    настроение. В два часа со мною связался Осипов и сообщил, что ему только что
    позвонил по телефону "адмирал Нельсон" и сказал, что работа кипит, но монет
    пока нет.
    В конце дня позвонил Шевердин, и по тревоге, с которой этот добрый
    старик справлялся о ходе дел, я понял, что он искренне обеспокоен и считает,
    что, если монеты не найдутся, мне несдобровать. Я в самых общих словах
    доложил Шевердину, что товарищи из МУРа приняли такие-то меры, но пока
    результатов нет.
    - Жаль, жаль, - вздохнул Шевердин, - уж очень бушует наш потерпевший...
    Старайтесь, розоволицый сын мой, старайтесь, а то влипнем мы с вами в
    историю с географией...
    Нетрудно представить себе мое состояние, когда в тот же день вечером
    под окнами моей комнаты загудела знакомая сирена осиповского "пежо". Я пулей
    выскочил на улицу и еще издали увидел улыбающееся лицо моего друга, рядом с
    которым сидел один из самых талантливых его помощников - Николай Леонтьевич
    Ножницкий.
    - Садись, едем! - крикнул мне Осипов. - Звонил "адмирал" и просит
    срочно приехать в "Культурный уголок"...
    Я сел в машину, и мы помчались на улицу Горького, где в невысоком доме
    на углу Малого Гнездниковского, который давно уже снесен и на месте которого
    теперь высится новый дом; помещалась пивная, называвшаяся "Культурный
    уголок" и славившаяся, однако, не столько культурой, сколько отличными
    вареными раками и совершенно необыкновенной вяленой воблой, подаваемыми
    вместе с моченым горошком к пиву.
    "Адмирал Нельсон" уже поджидал нас за столиком в углу, сидя в своем
    отличном, очень модном костюме, с самым торжественным выражением лица.
    - Добрый вечер, добрый вечер, - с достоинством протянул он. - Ну и
    задали вы мне работку, будь она проклята!.. Это называется - человек приехал
    встряхнуться и отдохнуть!.. От такого отдыха недолго и сыграть в ящик - как
    говорил мой покойный папа, а человека умнее его Одессе не было и уж теперь,
    безусловно, не будет... Между прочим, он был лучший слесарь-механик в этом
    великом городе, и я убедился по себе, что законы наследственности, не
    выдумка шарлатанов... Один раз, не сойти мне с этого места...
    - Нельзя ли ближе к существу дела? - перебил его Осипов. - Историю с
    покойным папашей вы мне рассказывали еще в тысяча девятьсот двадцать первом
    году...
    - Пардон, забыл, ей-богу, забыл, - произнес "адмирал". - Так вот, могу
    и ближе к делу... Вчера я прямо с вокзала собрал кого следует и провел
    пленарное заседание. Я произнес такую речь, что ребята заплакали...
    "Проклятые гидры контрреволюции, - сказал я им, - у вас хватило совести,
    жлобы, кинуться на наркома и свистнуть у него какую-то вонючую и никому не
    нужную коллекцию монет, чтобы сократить его нужную жизнь! Из-за каких-то
    паршивых динаров с дырками вы отрываете члена правительства от важнейших
    государственных дел, деникинцы! Я бросил все свои дела в Одессе я примчался,
    чтобы сказать вам свое "фэ"... На Молдаванке три дня плевались узнав о вашем
    гнусном злодеянии, которому нет слов, махновцы!.." Я говорил полчаса, не
    меньше, и три раза мне подавали воду, так я волновался... И тогда встал
    король московских домушников - вы его знаете, Николай Филиппович...
    - Сенька Барс, знаю, - произнес Осипов.
    - Именно. Обливаясь горючими слезами, он поклялся, что это не его
    работа. Что вам много говорить?.. Там были сливки Москвы, и все поклялись
    бросить работу, пока не найдут этих проклятых монет, из-за которых мы все
    опозорены... И кому, как не вам, знать, что они действительно сдержали
    слово...
    - Это верно, - подтвердил Осипов. - За эти сутки, впервые за последние
    годы, не было совершено ни одной кражи...
    - Что значит кражи? - обиженно спросил "адмирал". - Что значит кражи,
    когда сутки вообще никто не работает... Ведь пришлось мобилизовать всех
    фармазонов, и уличных грабителей, и кукольников, всех стоящих людей... Был
    ли раздет хоть один нэпман, вырвана ли хоть одна сумка у какой-нибудь шмары,
    вытащен ли хотя бы один бумажник? Да что говорить, когда город объявлен на
    осадном положении... Нам недешево обошлись эти динары с дырками!.. Может
    быть, вы думаете, хоть один человек спал хотя бы десять минут? Если вы это
    думаете, я перестану вас уважать...
    - Нет, я этого не думаю, - поспешил заявить Осипов.
    - Потому что умный человек!.. Скажу больше - всю ночь я сам провел на
    главной малине...
    - В Зоологическом переулке? - улыбнулся Осипов.
    - Николай Филиппович, этого я от вас не ожидал, - нахмурился "адмирал",
    - "адмирал Нельсон" за всю свою жизнь не завалил ни одной малины, и такие
    вопросы - это не по конвенции... В общем... я ничего не скажу...
    - Ладно, замнем, - усмехнулся Осипов. - Продолжаем заседание...
    - Продолжаем. До утра я просидел на малине, каждые полчаса прибегали
    люди со всех концов города, и каждый говорил: "Нет!.." В семь часов утра ни
    один профессор на свете не дал бы за мою жизнь медного гроша, так меня
    трясло от волнения... В восемь я уже был одной нотой на том свете, и сильно
    попахивало могилой - сердце почти не работало; пропал пульс, и Манька Блоха,
    хозяйка малины, рыдала, глядя на меня, и вопила: "Адмирал", миленький,
    неужели ты помрешь из-за каких-то динаров с дырками? Ой, что мы скажем
    Одессе? Как объясним, что тебя не уберегли, мне сожгут малину, "адмирал"..."
    Кто, вы думаете, меня спас?.. Сенька Барс. Он прибежал в девять тридцать и,
    увидев, что я уже почти не дышу, сразу понял, что надо делать... Дело в том,
    что Барс - человек с недюжинным образованием, он почти закончил фельдшерскую
    школу в Жмеринке и, видит бог, если б не стал вором, то давно был бы
    профессором медицины... В общем, он с ходу ринулся в ближайшую больницу и
    там средь бела дня стащил из-под какого-то больного подушку с кислородом,
    которую принес мне... Дай ему бог здоровья - это была единственная кража,
    совершенная за этот ужасный день... Хорошо я отдохнул в Москве, а, Николай
    Филиппович?!
    - Ближе к делу, "адмирал", - неумолимо произнес Осипов.
    - Мы как раз к нему подходим, и сейчас я брошу якорь, - сказал
    "адмирал", - Когда я немного отдышался, вбежал Колька Кролик из Марьиной
    Рощи с таким видом, как будто он только что сорвался с кола турецкого
    султана или украл в трамвае линии "Б" британскую корону, и заорал во все
    горло. "Что ты орешь, идиот?" - спросил я, а он все продолжал кричать, пока
    Сенька Барс не вытряхнул из него сути дела: оказывается, урки нашли все-таки
    этого проклятого ворюгу, и он оказался, во-первых, не москвич, во-вторых,
    что еще более важно, не одессит и, в-третьих, даже не настоящий урка, а
    какой-то приезжий штымп из Тулы... После этого я вас спрашиваю, можно жить
    на этом странном свете?
    - Где же монеты? - спокойно спросил Осипов, пристально глядя прямо в
    глаза "адмиралу".
    - Как раз этот вопрос, не будучи оригиналом, я задал Кольке Кролику, -
    язвительно ответил "адмирал". - Монеты в Туле, куда этот штымп успел их
    отвезти. Теперь за ними поехала туда такая делегация, что если в этом городе
    останется хотя бы знаменитый оружейный завод, так горсовет может устроить
    торжественное заседание... Скоро их привезут сюда...
    Тут даже Осипов не выдержал и вздохнул с облегчением. У меня от радости
    кружилась голова. Ножницкий так смеялся, что слезы текли у него по лицу.
    И тут кто-то бросил камешек в окно, у которого мы сидели. "Адмирал
    Нельсон" моментально вскочил и, воскликнув: "Послы прибыли! Музыка играет
    туш!" - выбежал из пивной.
    Через несколько минут он возвратился в пивную с очень торжественным
    видом, неся в руках довольно большой кожаный мешок с медными застежками.
    - Вот они - произнес "адмирал", и его единственный глаз засверкал от
    сатанинской гордости. - Могу дать голову на отсечение, что, если б даже все
    полиции мира, совместно с участниками Венского всемирного конгресса
    криминалистов, на котором берлинский полицей-президент так заслуженно тепло
    отозвался о моих руках, приехали бы сюда, чтобы разыскать эти монеты, им бы
    пришлось организованно утопиться в Москве-реке от неслыханного позора...
    Молодой человек, - обратился он ко мне, - вы только вступаете в жизнь и
    глубоко мне симпатичны, смотрите, любуйтесь, запоминайте: вот на что
    способны воры, когда задета их честь... Вот что такое "адмирал Нельсон" и
    его громадный авторитет!..
    И, расстегнув застежки, он открыл мешок, где в специальных ячейках
    сидели, как голуби в гнездах, монеты.
    Мы стали их разглядывать. Их было около двухсот, и все они были медные,
    зеленые и ржавые от древности, маленькие и большие, с вычеканенными на них
    быками и змеями, орлами и козлами, сфинксами и журавлями.
    - Прошу встать перед лицом тысячелетий, - торжественно произнес
    "адмирал" и действительно встал. - Видите, вот, судя по дыркам, те самые
    динары, из-за которых поднялся такой страшный шухер... Боже мой, какая
    гримаса жизни, как любил говорить одесский присяжный поверенный Николай
    Николаевич Шнеерзон, защищавший меня в тысяча девятьсот пятнадцатом году,
    когда меня в конце концов поймала сыскная полиция... Действительно, гримаса
    - эти монеты противно взять в руки... Из-за такой дряни лучшие люди великого
    города носились, как коты, нанюхавшиеся валерьянки... Стоило волноваться
    наркому из-за этой ржавой меди!.. Поистине, и большие люди - глупцы, как
    говорил философ Спиноза, хотя скорее всего, что он этого и не говорил...
    "Адмирала" понесло. Опрокинув пару стопок водки и залив их большой
    кружкой пива, он извергал на нас потоки своего красноречия. Из вежливости -
    все-таки этот человек нам помог - мы его не перебивали. Осипов заметно
    погрустнел: он очень не любил болтовни. А на нас сыпались философские
    сентенции и хвастливые воспоминания старого медвежатника, лирические
    отступления и воровской фольклор одесской Молдаванки.
    Наконец он иссяк, или, точнее, устал. Воспользовавшись паузой, мы уже
    хотели проститься, как "адмирал" неожиданно сказал:
    - А знаете, что самое странное в этом странном деле? Впервые в жизни
    "адмирал Нельсон" занимался розыском вместо краж. Оказывается, это гораздо
    интереснее. Честное слово старого медвежатника, это были самые счастливые
    сутки в моей жизни...
    И, внезапно отрезвев, "адмирал" посмотрел на нас печальным взглядом уже
    немолодого человека, неожиданно понявшего, что он зря растратил свою жизнь.
    Осипов сразу встрепенулся и пристально посмотрел на "адмирала".
    - Из всего, что вы нам сегодня сказали, Семей Михайлович, - серьезно
    произнес он, впервые так обращаясь к "адмиралу", - это самое стоящее и
    умное. И если, найдя эти монеты, вы еще сумеете найти и свою новую судьбу, -
    а это всегда возможно, если человек имеет голову, а не кочан капусты, и
    сердце, а не тухлое яйцо, - то я ваш верный союзник. Был бы рад сквитаться
    таким образом...
    По тому, как сразу и густо покраснел "адмирал", я понял, что Осипов,
    как всегда, попал в цель. Установилось то общее молчание, которое нередко
    говорит больше, нежели любые слова.
    "Адмирал" сидел, опустив голову, о чем-то думая. Осипов не сводил с
    него глаз, и в них светилось то теплое, человеческое участие, без которого,
    как и без веры в людей, криминалист всегда ограничен и слеп. Увы, как
    нередко потом мне приходилось встречать иных следователей, страдающих этой
    куриной слепотой и потому причинявших страдания, в которых не было нужды!..
    После затянувшейся паузы "адмирал" поднял голову и тихо, почти шепотом
    сказал:
    - Кажется, Архимед заявил, что, если ему дадут точку опоры, он может
    перевернуть мир... Я не Архимед, и мир перевернулся без меня... Но так как я
    вижу, что он перевернулся правильно, то что-то перевернулось и вы мне... Мне
    уже много лет, Николай Филиппович, и в мои годы трудно начинать жизнь снова.
    Но вы оказали мне доверие, и это тоже точка опоры, о которой мечтал
    Архимед... Попробую перевернуть"свой старый, заскорузлый мир... Попробую
    расплавить тот ржавый сейф, который я таскаю в себе... Кто знает, может
    быть, в нем еще сохранилось что-нибудь стоящее... Может быть...
    И, неожиданно встав, он, не прощаясь, выбежал из пивной.

    Когда я приехал к Шевердину и рассказал обо всем, что было, старик
    начал так хохотать, что я за него испугался. Потом, совершенно неожиданно
    для меня, он очень строго сказал:
    - А все-таки, голубчик, я вот тут посоветовался с товарищами, да-с, и
    решили мы единогласно, что придется вам предстать перед дисциплинарной
    коллегией губсуда... Да, именно... Пишите объяснение...
    В полной растерянности я вышел из кабинета Шевердина и бросился к
    Снитовскому и Ласкину - первым моим наставникам. Оба были заметно
    расстроены. Ласкин, нехотя буркнув "здрасьте", барабанил пальцами по столу.
    Снитовский был холоден как лед. Кроме них в кабинете находился и помощник
    губернского прокурора по надзору за следствием М. В. Острогорский, высокий
    красивый человек со светлой пышной шевелюрой и большими серыми глазами,
    глядевшими на этот раз весьма строго.
    - Маленькие дети - маленькие неприятности, большие дети - большие
    неприятности, - начал Снитовский. - Так вот, Лев Романович (никогда раньше
    он меня не называл по отчеству), скорблю, всей душой скорблю по поводу
    странного вашего поведения... Нехорошо, милостивый государь, нехорошо и,
    даже позволю себе сказать, - стыдно!.. Тому ли мы вас учили, сударь, тому
    ль?..
    - Иван Маркович, позвольте... - пролепетал я.
    - Не позволю! - стукнул Снитовский кулаком по столу. - Не позволю!
    Ай-ай-ай, судебный следователь сидит в пивной с каким-то рецидивистом!..
    Ужас, ужас!..
    - Кошмар! - поддержал его Ласкин.
    - Это просто непостижимо, - процедил Острогорский.
    - Когда нам Шевердин все рассказал, мы решили, что так это не пройдет,
    не должно пройти... Пусть вам наперед наука будет... Да, наука, как нашу
    корпорацию марать...
    И через неделю я стоял перед большим, крытым зеленым сукном столом, за
    которым восседала дисциплинарная коллегия губсуда в полном своем составе и с
    мрачным бородатым Дегтяревым во главе.
    К тому времени дорогие мои наставники успели вполне внушить мне, что я
    совершил великий и непростительный грех, и я теперь со всей искренностью
    лепетал членам дисциплинарной коллегии обо всем, что было, как было и
    почему. Ах, как мне было худо!..
    Дегтярев слушал очень внимательно, и в его коричневых желчных глазах,
    как это ни странно, светилось, где-то в самой глубине, что-то ласковое и
    даже, кажется, веселое. Не потому ли он так сердито жевал свою бороду и
    время от времени зловеще бросал:
    - Рассказывай, все рассказывай, орел!.. Ишь какой ловкий!.. Хорош,
    нечего сказать, хорош!.. Шерлоком Холмсом захотел стать!..
    Но обо всем этом я вспоминал уже потом, а тогда мне было не до
    размышлений, и я только очень боялся из-за волнения хоть что-нибудь утаить.
    Но я ничего не утаил.
    Судьи совещались всего двадцать минут, но мне это показалось вечностью.
    И когда Дегтярев стал зачитывать решение, я с трудом, в тумане, застилавшем
    голову, расслышал главное: что меня не увольняют с работы и что коллегия,
    ввиду моей молодости и искреннего раскаяния решила ограничиться устным, но
    строгим внушением.
    И тут я - дело прошлое - заплакал, на что Дегтярев, в очень ласковом,
    удивительном для него тоне тихо сказал:
    - Ничего, ничего, не стесняйся, поплачь, милок, и пусть это будет твое
    последнее в жизни горе...

    А через много лет, где-то в середине тридцатых годов, судьба снова
    столкнула меня с "адмиралом Нельсоном". Я работал тогда в Прокуратуре СССР в
    качестве начальника следственного отдела и однажды, придя в кабинет
    прокурора СССР И. А. Акулова, застал последнего в очень взволнованном
    состоянии.
    - Вот, Лев Романович, полюбуйтесь, какое несчастье, - обратился ко мне
    Акулов. - Потерял я ключ от своего сейфа, через два часа мой доклад в
    правительстве, а все материалы в сейфе... Наш механик открыть не берется,
    потому что сейф сложный, с каким-то замысловатым замком... Механик говорит,
    что надо сутки с ним биться...
    Я посмотрел на массивный стальной сейф и сразу вспомнил, что пару лет
    назад Осипов мне рассказывал, что "адмирал Нельсон" окончательно порвал со
    своим прошлым, перебрался на жительство в Москву и мирно трудится в качестве
    технорука одной механической артели.
    - Одну минуту, Иван Алексеевич, - сказал я Акулову. - Попытаюсь вам
    помочь...
    И я тут же позвонил Осипову, работавшему уже в МВД СССР, и рассказал
    ему о беде, постигшей прокурора Союза.
    - Все ясно, старина, сейчас попробую разыскать Семена Михайловича и,
    если найду, приеду вместе с ним, - сказал Осипов. - Но я его с год не
    встречал, не знаю - жив ли...
    Иван Алексеевич, всегда и все понимавший с полуслова, едва я положил
    телефонную трубку, спросил:
    - Скажите, это не тот "адмирал: Нельсон", о котором вы мне
    рассказывали?
    - Он, Иван Алексеевич.
    - Ну этот, судя по всему, поможет. Старые кадры не подводят...
    И Иван Алексеевич улыбнулся своей неповторимой, очень мягкой и лукавой
    улыбкой, которую так хорошо знали его подчиненные.
    Не прошло и полчаса, как появился несколько запыхавшийся, но все еще
    тогда крепкий Николай Филиппович, за которым следовал чистенький, аккуратный
    старичок с небольшим саквояжем в руке, одноглазый, с такой же аккуратной,
    как и весь сам, черной повязкой над глазницей. Годы взяли свое, и "адмирала"
    было трудно узнать, так постарел он за это время, и только в самой глубине
    его единственного глаза все еще тлел тот живой огонек, который запомнился
    мне с первой встречи.
    Иван Алексеевич встретил "адмирала" с обычной корректностью я тактом.
    - Здравствуйте, садитесь, пожалуйста. Мне говорили, что вы один из
    лучших... гм... механиков... Не так ли?
    - В свое время так считали почти все полиции Европы, товарищ Акулов, -
    ответил с достоинством "адмирал". - Но ведь полиции свойственно ошибаться
    более чем кому-либо... Впрочем, как будто я действительно немного разбирался
    в сейфах... Речь идет об этой гробнице?
    И он указал на злополучный сейф.
    -- Совершенно верно. Это, если я не ошибаюсь, немецкий?
    - Да, лейпцигской работы, - ответил "адмирал", быстро оглядывая сейф. -
    Однако это не "прима", как говорят немцы... Это сейф фирмы "Отто Гриль и
    К°", и я немного знаком с ее продукцией. Мы имеем здесь двойную щеколду
    нержавеющей стали с внутренней пружиной и автоматическим боковым тормозом -
    вот здесь, слева, - который задерживает замок, если не знать секрета... А
    вот и самый секрет - он довольно музыкальный... Что делать - немцы любят
    музыку...
    И "адмирал Нельсон" нажал головку одного из пяти медных болтов,
    которыми был заклепан замок. Головка сразу же подалась и с мелодичным звоном
    отошла в сторону.
    - Совершенно верно, - улыбаясь произнес Акулов. - Я вижу, что полиция
    не всегда ошибалась. Семен Михайлович - если не ошибаюсь?.. - вы
    действительно крупный специалист...
    - Не хвалите раньше времени, а то можно сглазить, - ответил "адмирал".
    - Сейчас мы подружимся с этим "немцем" как следует...
    И, вытащив из саквояжа какой-то тонкий стальной прут и длинный ключ с
    передвигающимися бородками, "адмирал" начал совершенно бесшумно ими
    оперировать.
    - Замки сейфов не переносят грубости, - говорил он, продолжая работать.
    - С ними нужно деликатно обращаться, и они, как женщины, больше ценят
    внимание, а не силу... Конечно, когда такая старая калоша, как я, говорит о
    женщинах, это может показаться смешным, но в молодости бывший "адмирал
    Нельсон" разбирался не только в сейфах, несмотря на то, что имел всего одни
    глаз... Кстати, товарищ Акулов, именно благодаря этому меня и прозвали
    "адмиралом Нельсоном", который тоже был одноглазым... В тысяча девятьсот
    пятом году я гастролировал в Амстердаме и, дело прошлое, взял там один
    хороший сейф... На следующий день я прочел в газетах, что через неделю, это
    было в октябре, в Англии будет отмечаться сто лет со дня гибели Горацио
    Нельсона, павшего, как вы знаете, двадцать первого октября после сражения у
    Трафальгарского мыса, где он разгромил франко-испанский флот... Мне
    захотелось отдать дань внимания тезке... Я скупил в Амстердаме уйму
    знаменитых голландских тюльпанов, погрузил их на пароход и выехал в Англию.
    Три грузовых фургона доставили мои тюльпаны на кладбище, а сам я был в новом
    фраке и цилиндре... Клянусь вам честью, что, когда публика увидела мои
    тюльпаны, на меня стали глазеть больше, чем на первого лорда
    адмиралтейства... И тогда я произнес речь. "Леди энд джентльмен, - сказал я.
    - Я имею честь и одновременно удовольствие представлять здесь неповторимую
    Одессу, подарившую миру столько выдающихся поэтов, музыкантов, моряков и
    правонарушителей. Ваш одноглазый адмирал знал свое дело, что, впрочем,
    свойственно многим одноглазым". Мне устроили овацию... Да, на старости нам
    остаются одни воспоминания, как сказал Кант, в чем я, впрочем, не уверен...
    - В том, что остаются одни воспоминания, или в том, что это сказал
    Кант? - быстро спросил Акулов.
    - Николай Филиппович вам может подтвердить, что речь идет только о
    втором. А в том, что, кроме воспоминаний, у меня уже давно ничего нет,
    уверен помимо меня и весь угрозыск.
    - Верно, - произнес Осипов.
    И в этот самый момент "адмирал" со словами: "Ну вот, спасибо, крошка",
    - распахнул сейф.
    Акулов поблагодарил "адмирала" и деликатно осведомился, "сколько он
    должен", но "адмирал" так отчаянно замахал руками, что этот вопрос сразу
    отпал.
    - Еще раз благодарю, Семен Михайлович, - очень серьезно произнес
    Акулов. - Я искренне рад, что познакомился с вами теперь, когда уже можно
    сказать, что вы выдержали трудный, может быть самый трудный на свете,
    экзамен. Я имею в виду не сейф...
    - Я вас понимаю, товарищ Акулов, - тихо ответил "адмирал". - Вы имеете
    в виду не сейф, а того, кто его открыл... Да если говорить откровенно, я
    начал сдавать этот экзамен давно - когда мы искали эти динары с дырками... И
    теперь я каждый год хожу в Музей имени Пушкина - там есть отдел древних
    монет, - гляжу на эти динары и благодарю того неизвестного и давно покойного
    мастера, который чеканил их столько лет тому назад. И еще больше я благодарю
    тех живых и известных мастеров, которые чеканят наше удивительное время... И
    даже перечеканивают такие стертые монеты, как я... Пусть же здравствуют и
    наше время, и наши люди, товарищ прокурор!..
    - Позвольте пожать вашу руку! - на первый взгляд не совсем по существу,
    а на самом деле в прямое развитие темы произнес Акулов.

    1956
    -------------------------------------------------------------------------------- Mon, 20 Aug 2001 09:16:24
    Последний раз редактировалось Светлана; 20.03.2015 в 16:05.
    ЗАМОКНН (zamoknn.ru) - Вскрытие замков, автомобилей, сейфов, дверей в Нижнем Новгороде
    Вскрытие замков, автомобилей, сейфов, дверей в Нижнем Новгороде (http://zamoknn.ru)

  2. Спасибо Bragin-911, Светлана, Алекс благодарит за это сообщение
    Полезное Светлана, Алекс считает сообщение полезным
  3. #142
    Информация

    Член МАСОД
    Увидела у Томаса в фейсбуке:

  4. Спасибо USA152NN, АСП, МИХАИЛ благодарит за это сообщение
  5. #143
    Информация

    Специалист
    Цитата Сообщение от МИХАИЛ Посмотреть сообщение
    Почитаем немного . Не смог ссылку вставить , не сердитесь .

    СодержаниеFine HTMLPrinted versiontxt(Word,КПК)Lib.ru htmlЛев Шейнин. Динары с дырками

    ---------------------------------------------------------------
    Воспроизведено с издания: Лев Шейнин. Записки следователя.
    Советский писатель, М., 1968 г.
    OCR: Борис Чимит-Доржиев, bch@writeme.com
    Читал Шейнина,стоит его томик дома

  6. #144
    Информация

    Член МАСОД

    Аварийное вскрытие, ремонт и установка замков в Находке (http://key25.ru)

  7. #145
    Информация

    Член МАСОД
    Цитата Сообщение от dima Посмотреть сообщение
    Тимур Шаов. Автор твоей песни, в смысле.

    Последний раз редактировалось Светлана; 07.01.2015 в 11:48.

  8. #146
    Информация

    Член МАСОД

    а я тут тюбик смотрю)) а еще посмотрел версии (продолжения) от жены и от соседа.. праздничное настроение

    Последний раз редактировалось dima; 07.01.2015 в 12:10.
    Аварийное вскрытие, ремонт и установка замков в Находке (http://key25.ru)

  9. Спасибо Eihwaz, Светлана благодарит за это сообщение
  10. #147
    Информация

    Член МАСОД
    ЗАМОКНН (zamoknn.ru) - Вскрытие замков, автомобилей, сейфов, дверей в Нижнем Новгороде
    Вскрытие замков, автомобилей, сейфов, дверей в Нижнем Новгороде (http://zamoknn.ru)

  11. Спасибо Светлана благодарит за это сообщение
  12. #148
    Информация

    Член МАСОД
    Памяти Освенцима...
    В исполнении Елены Камбуровой.
    Последний раз редактировалось Светлана; 28.01.2015 в 11:38.

  13. Спасибо USA152NN благодарит за это сообщение
  14. #149
    Информация

    Специалист
    Сегодня наш магазин посетили представители Mul-t-Lock из Израиля и США, беседовали на разные темы, консультировались на тему работы их цилиндров, методов сопротивления инструменту и так о том - о сем.

    Нажмите на изображение для увеличения. 

Название:	IMG_1683.jpg 
Просмотров:	112 
Размер:	254.1 Кб 
ID:	7020
    Последний раз редактировалось Светлана; 02.02.2015 в 18:06.
    Компания МЕДВЕДЬ - если нужно выбрать хорошие входные двери, заменить замок, купить сейф в Киеве
    Профессиональный выбор замков, сейфов и дверей в Киеве - МЕДВЕДЬ (bearshop.com.ua)

  15. Спасибо Bragin-911, Светлана благодарит за это сообщение
  16. #150
    Информация

    Член МАСОД
    Цитата Сообщение от Лаура Посмотреть сообщение
    Сегодня наш магазин посетили представители Mul-t-Lock из Израиля и США, беседовали на разные темы, консультировались на тему работы их цилиндров, методов сопротивления инструменту и так о том - о сем.
    Лаура, если я хоть чуть-чуть понимаю в таких посиделках, скажи, пожалуйста: наши аварийщики рулят?

  17. #151
    Информация

    Дерзкий укр

    Встреча была организована с участием УЛФ( на фото слева президент правления Украинской Локсмастер Федерации Илья Войнов).
    К сожалению мы не можем публиковать фото и видео материалы так как это было желанием инициаторов встречи.
    Встреча прошла имхо продуктивно и по плану. Надеюсь все получили ответы на свои вопросы и никто не остался обижен. От себя лично
    Еще раз поразился умению европейских производителей качественно относится к инфо, умению задавать вопросы и добиваться желаемых ответов. А также удивительно непринужденно- откровенному уважению к профессии локсмастера как к чему то необходимому и ... не по ту сторону от производителя.
    А по поводу "рулят" . Мы не знаем рулим мы или не рулим то, что можем показали, труд наш оценили достойно. А вот решать понравилось, задело, впечатлило, было полезно это действие скорее инициаторам встречи.
    Мы просто же как и ранее открыты для всех.
    Компания МЕДВЕДЬ - если не можете попасть домой, захлопнулась дверь дома (квартиры, автомобиля, сейфа), потеряли ключи, не открывается сейф
    Аварийное вскрытие замков без повреждения в Киеве — МЕДВЕДЬ (bearshop.com.ua)

  18. Спасибо Bragin-911, Светлана благодарит за это сообщение
    Полезное Светлана считает сообщение полезным
  19. #152
    Информация

    Член МАСОД
    Цитата Сообщение от Bur Посмотреть сообщение
    А также удивительно непринужденно- откровенному уважению к профессии локсмастера как к чему то необходимому и ... не по ту сторону от производителя.
    Да, действительно. Я помню отношение представительницы Disec на Мосбилде, когда она узнала, что мы локсмисы. У меня тогда не хватило такта ответить взаимностью, прицепилась к слову "невозможно" на плакате, рекламирующем броненакладки. До сих пор грызу себя .

  20. #153
    Информация

    Дерзкий укр
    Ох если бы темку поднять да всласть выругаться - мысли вслух.
    Это про опыт свой небольшой но жизненый. Переругаемся все но правды не найдем
    ведь могли все сделать в Костроме нагло и красиво. Еще раз Вам с Владимиром пасибки. Я ж нешуточно грил, что Владимир тогда сделал условия царские. Кто как понял канешно.
    А риал создать условия и атмосферу испытаний очень трудно. Пояснить роль каждого в этой атмосфере тоже тяжко. А вспомнить КЛАССНО!!!!!
    Иногда пересматриваю видейки( телефон почистить давно пора, а жалко..) ностальгирую. На одном языке, одни цели, одни правила.
    Есть что вспомнить. Но не все в жизни шоколад. Пустые слова, глупые обиды, ситюэйшин которые мы не решаем но почему то они имеют значения более чем риал..
    Но ведь есть что вспомнить, значит есть что можно забыть.
    Эпическое чтиво
    Компания МЕДВЕДЬ - если не можете попасть домой, захлопнулась дверь дома (квартиры, автомобиля, сейфа), потеряли ключи, не открывается сейф
    Аварийное вскрытие замков без повреждения в Киеве — МЕДВЕДЬ (bearshop.com.ua)

  21. Спасибо МИХАИЛ благодарит за это сообщение
  22. #154
    Информация

    Член МАСОД
    Цитата Сообщение от Bur Посмотреть сообщение
    А риал создать условия и атмосферу испытаний очень трудно. Пояснить роль каждого в этой атмосфере тоже тяжко. А вспомнить КЛАССНО!!!!!
    Иногда пересматриваю видейки( телефон почистить давно пора, а жалко..) ностальгирую. На одном языке, одни цели, одни правила.
    Есть что вспомнить. Но не все в жизни шоколад. Пустые слова, глупые обиды, ситюэйшин которые мы не решаем но почему то они имеют значения более чем риал..
    Но ведь есть что вспомнить, значит есть что можно забыть.
    Эпическое чтиво
    Это как маятник, раскачивается, раскачивается... и уже не собьёшь, и то, к чему вчера тянулся изо всех сил, сегодня захватывается уже походя, как разумеющееся само собой. Только бы друг друга не растерять. Мы все что-то уже имеем, а значит, нам есть что терять.

  23. #155
    Информация

    Специалист
    Цитата Сообщение от Светлана Посмотреть сообщение
    Лаура, если я хоть чуть-чуть понимаю в таких посиделках, скажи, пожалуйста: наши аварийщики рулят?
    Светлана, не скромничай(по поводу чуть-чуть); еще как рулят, а Рубаха наш самый лучший слесарь-замочник-аварийщик!
    Компания МЕДВЕДЬ - если нужно выбрать хорошие входные двери, заменить замок, купить сейф в Киеве
    Профессиональный выбор замков, сейфов и дверей в Киеве - МЕДВЕДЬ (bearshop.com.ua)

  24. Спасибо USA152NN, Светлана благодарит за это сообщение
    Полезное Светлана считает сообщение полезным
  25. #156
    Информация

    Член МАСОД
    Цитата Сообщение от Лаура Посмотреть сообщение
    Светлана, не скромничай(по поводу чуть-чуть); еще как рулят, а Рубаха наш самый лучший слесарь-замочник-аварийщик!
    Приятно же Молодцы.

  26. Спасибо USA152NN, Лаура благодарит за это сообщение
  27. #157
    Информация

    Специалист
    сегодняшнее солнечное затмение, вот что вышло на фото
    Нажмите на изображение для увеличения. 

Название:	IMG_1420.jpg 
Просмотров:	71 
Размер:	72.4 Кб 
ID:	7967
    а смотрели через мрт снимок - пол солнца закрыто.
    Компания МЕДВЕДЬ - если нужно выбрать хорошие входные двери, заменить замок, купить сейф в Киеве
    Профессиональный выбор замков, сейфов и дверей в Киеве - МЕДВЕДЬ (bearshop.com.ua)

  28. #158
    Информация

    Член МАСОД
    А у нас такое затмение

    - - - Добавлено - - -

    Сфоткал через стекло от сварочной маски
    Миниатюры Миниатюры Нажмите на изображение для увеличения. 

Название:	003.jpg 
Просмотров:	161 
Размер:	31.9 Кб 
ID:	7969   Нажмите на изображение для увеличения. 

Название:	016.jpg 
Просмотров:	149 
Размер:	57.3 Кб 
ID:	7970   Нажмите на изображение для увеличения. 

Название:	030.jpg 
Просмотров:	134 
Размер:	31.8 Кб 
ID:	7971  

  29. Спасибо Светлана благодарит за это сообщение
    Полезное Светлана считает сообщение полезным
  30. #159
    Информация

    Специалист
    классно, через снимок мы видели как на Вашем среднем фото
    Компания МЕДВЕДЬ - если нужно выбрать хорошие входные двери, заменить замок, купить сейф в Киеве
    Профессиональный выбор замков, сейфов и дверей в Киеве - МЕДВЕДЬ (bearshop.com.ua)

  31. #160
    Информация

    Член МАСОД
    Цитата Сообщение от Алекс Посмотреть сообщение
    А у нас такое затмение
    Ух ты, здорово! А я упустила, хоть и на работе.
    Я помню затмение 11 августа 1999 года, у нас оно было полным.
    Всё у нас получится!
    bezopasnost.ua

Страница 8 из 39 Первая ... 4 5 6 7 8 9 10 11 12 18 ... Последняя

Информация о теме

Пользователи, просматривающие эту тему

Эту тему просматривают: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)

Похожие темы

  1. Ответов: 13
    Последнее сообщение: 23.01.2015, 19:34

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •  

Вход

Вход